Почему Верещагин в «Белом солнце пустыни» оказался не нужен красной армии?


. Проект «Великие в Грузии» основан на одноименной книге российского и грузинского журналиста Бесика Пипия. В очередном очерке автор рассказывает о великом артисте Павле Луспекаеве, более известном миллионам как Верещагин из кинофильма «Белое солнце пустыни».
Павел Луспекаев родился 20 апреля 1927 года в Луганске в Украине. Подростком попал в партизанский отряд, участвовал в боевых операциях. В одном из рейдов по вражеским тылам разрывной пулей его ранило. Перенес хирургическую операцию. . После войны поступил в Москве и с успехом окончил Щепкинское театральное училище. Он был лидером на своем курсе, ожидал распределения в Малый театр. Но не взяли из-за южного специфического акцента
Ревнители московского произношения, блюстители чистоты сценической речи советовали брать в рот камушки и по примеру древних греков читать шестистопные стихи. К советам о камушках Павел Луспекаев не прислушался. . Встреча в Москве с главным режиссером Русского драматического театра имени А.С. Грибоедова Александром Такаишвили решила дальнейшую актерскую судьбу Павла Луспекаева. В 1950 году он вместе с женой актрисой Инной Кирилловой поехал работать в Грузию. . Вот как описывает первые дни пребывания в Тбилиси Павла Луспекаева и Инны Кирилловой Василий Ермаков в книге «Павел Луспекаев. Белое солнце пустыни»: «Город понравился..
Все было по-южному ярко, пестро, шумно и весело. Воздействие войны ощущалось здесь даже меньше, чем в Москве. Можно сказать, что и вовсе не ощущалось.. Поместили молодых актеров в небольшом общежитии при театре. Наконец-то у Павла и Инны появилась своя комната. Из нее они длинными запутанными переходами внутри театра попадали в свою гримерную и после спектакля возвращались обратно. По ночам они прислушивались к разнообразным звукам, доносившимся из глубин огромного здания: где-то свистело, вздыхало и хлопало
Свистело, наверно, от сквозняков. Они же заставляли «вздыхать» задники и занавес сцены. А хлопал, вернее, топал, ночной сторож, обожавший побродить по пустым помещениям.. В первое утро Инна и Павел проснулись от истошного вопля:. – Мацони-и! Мацони-и!. Вопль звучал так, будто человека, исторгавшего его, обложили голодные волки, и если какой-то Мацони не поспешит на помощь, непременно разорвут и сожрут его.. Павел и Инна метнулись к окну и выглянули во двор
Посреди двора стоял ишачок, обвешанный сумами, из которых торчали горлышки кувшинов, а возле ишачка топтался мужчина с черпачком в руке. Он-то и производил трагические вопли. Вскоре к мужчине и ишачку потянулись жители ближайших домов с бидончиками и крынками. Мужчина оказался, как выяснилось позже, торговцем кислой кавказской простокваши, мацони по-грузински…. Неожиданно Павел передразнил мацонщика, усилив трагическое звучание его голоса. Инна рассмеялась и крикнула: «Дебют состоялся!»».. Молодожены Павел и Инна полюбили Тбилиси сразу, всегда пользовались любым случаем, чтобы узнать город лучше
Павел «всюду таскал с собой Инну, – пишет Василий Ермаков. – Им было хорошо на этих извилистых горбатых улочках. Оба «балдели» от местных наименований: Авлабар, Верийские и Ортачальские сады, Дезертирский базар, Ишачий мост…. Пока бродили по улицам, все было более или менее сносно. Мужчины обращали внимание на Инну, стройную, молодую, красивую, но держались в рамках приличий, впрочем, в весьма относительных. Стоило же зайти в духан, как возникали проблемы. Каждая веселая компания, находившаяся в это время в духане, настойчиво, назойливо даже, старалась заполучить Инну и Павла к себе

Попытки отговориться, остаться вдвоем, натыкались на агрессивную обидчивость. Выручало одно простое средство: когда Павел поднимался во весь свой огромный рост, присутствующие умолкали.. Но однажды Павел и Инна вошли в духан, когда там никого не было. Сидели, съели по шашлычку под груду пахучей зелени, попивали отличное кахетинское вино, обсуждали очередную роль, предложенную Павлу в театре.. Неожиданно в духан ввалилась группа молодых грузин, человек пять. Они не видели Павла в рост и, следовательно, не могли верно оценить его физические данные.. Инна, естественно, оказалась в центре жгучего, прямо-таки раскаленного, внимания
На Павла же не обращали внимания, будто его тут и не было… Мужчины пригласили их пересесть за их стол. Пытаясь смягчить отказ, Инна улыбнулась, благодаря за оказанную честь в самых изысканных выражениях. Павел мрачно насупился… Последовало повторное приглашение – более настойчивое… . – А катились бы вы, знаете куда? – взорвался Павел.SputnikКак Владимир Высоцкий тонул в Грузии. В духане наступила гробовая тишина.
– Девушка, подождите, пожалуйста, на улице, – нарушил тишину широкоплечий парень, явно признанный авторитет в компании.. Инна протестующе дернулась.. – Выйди! – сквозь зубы процедил Павел, да так, что Инну будто сквозняком вымело из помещения. Трепеща от страха, она прислушивалась к шумам и звукам, доносившимся из духана… Раздался несусветный грохот. Еще минуту спустя из духана вырвались двое и опрометью скрылись в ближайшем дворе. Из разбитого носа одного ручьем хлестала кровь.
Тишина наступила неожиданно. Инна, терзаемая худшими предположениями, не смела заглянуть в духан. Когда же осмелилась, на пороге появился Павел. Под правым глазом горел густо-фиолетовый фингал…. – Уходим, – коротко обронил он.. Любопытство все-таки пересилило – Инна заглянула в духан. Все столики в нем были перевернуты, а стулья разбросаны
Среди этой немудреной мебели, издавая стоны и прочие звуки, шевелились три поверженных тела… На другой день был спектакль. Павел еле скрыл под густым гримом злополучный синяк…» И вышло так, что в тбилисском духане Павел Луспекаев отрепетировал будущую сцену из кинофильма «Белое солнце пустыни» – драку на баркасе.. Павел Луспекаев семь лет жил и работал в Тбилиси. Именно на берегах Куры с роли Алексея в спектакле «Оптимистическая трагедия» он начал свое восхождение к вершине сценического искусства. . «Жизнь течет хорошо, – пометил в своем дневнике 24 сентября 1953 года Павел Луспекаев. – Открыл сезон удачно, чувствую себя не хуже людей
То, что делаю, это вызывает у людей благоприятные отзывы. А что для артиста нужно, больше ничего. Вот только всегда в голове деньги, где их достать, чтобы они не смущали жизнь». А в другой раз великий артист записал: «Солнце затопило весь Тбилиси. Но сердце как в сырой могиле. И, безусловно, потому, что не хвалили за просмотр «Ста миллионов». Правда, никто меня и не ругал, все равно на душе противно..
Вообще избаловался удачами, зазнался…»  . В Тбилиси дала о себе знать фронтовая рана. Павел Луспекаев получил от врачей серьезное предупреждение об угрожающей ему болезни сосудов. Категорически требовали бросить курить. Вот строки из тбилисского дневника актера: «Ноги болят, что я делаю, сам не понимаю, горе близится. Брошу курить, должен бросить»; «Ура! Кажется, бросил курить…»; «Курью! Несчастье!» . В Тбилисском театре Павел Луспекаев сыграл двадцать четыре роли
Он по праву считался одним из самых заметных актеров. В конце концов, слава о его таланте дошла до кинематографистов, и в 1954-1955 годах ему поступило сразу два предложения с киностудии «Грузия-фильм» сняться в кино. Павел Луспекаев согласился. Так он сыграл Бориса в фильме «Они спустились с гор» (режиссер Николай Санишвили) и Карцева в «Тайне двух океанов» (режиссер Константин Пипинашвили). . В 1955 году режиссер грибоедовского театра Леонид Варпаховский переехал на работу в Киев в Театр русской драмы имени Леси Украинки. И забрал с собой любимого актера и человека Павла Луспекаева. Особенно радовалась переезду супруга Инна Кириллова

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *